Mansa делает ставку на ИИ-микродрамы, чтобы рассказать больше историй о чернокожих

Тематическая иллюстрация

Зомби-вирус охватил Южный Лос-Анджелес. Власти пытаются сдержать вспышку и перекрывают район, оставляя жителей справляться самостоятельно. Так начинается They Left Us to Die — новая микродрама медиакомпании Mansa, состоящая из 30 эпизодов и полностью созданная с помощью ИИ.

«Эту заразу создали здесь, создали против нас, намеренно», — говорит Иман Кросс, медсестра отделения неотложной помощи. Она отчаянно ищет лекарство для своего брата Ди-Джея, который заразился.

Когда 29 октября в Instagram появился трейлер, реакция в основном была положительной. В комментариях множились эмодзи с огнём, а зрители ждали выхода сериала. Но на следующий день, когда первый эпизод должен был появиться в полночь, стали нарастать новые споры. Зачем Mansa создала сериал, в котором нет ни одной роли для актёров? Разве основатели компании, актёры Дэвид Ойелоуо и Нейт Паркер, не собирались поддерживать и развивать таланты среди чернокожих, а не вытеснять их?

«Mansa была одним из первых вертикальных приложений, призванных поддерживать и развивать таланты среди чернокожих, а теперь они… ещё одни продавцы, променявшие всё на ИИ», — написал один пользователь в Threads. «Какой уважающий себя кастинг-директор, продюсер или режиссёр после этого вообще станет нанимать Ойелоуо?» — написал другой. Актриса Иветт Николь Браун выразила неодобрение коротко: «*вздох* Ну ладно», — написала она и добавила гифку с Виолой Дэвис, на которой та выглядит раздражённой.

Паркер не удивился негативной реакции. «Когда мы слышим слово “ИИ”, оно сразу заставляет задуматься о том, с чем мы сталкиваемся, и о реальных людях, на которых это влияет», — говорит он.

Проблема в том, что Голливуд остро нуждается в большем разнообразии историй о чернокожих, но согласия о том, как этого добиться, нет.

По словам Mansa, в рамках стратегии развития компания использует ИИ как фигуру на шахматной доске, а не как замену контенту, созданному при участии людей. Такие проекты, как They Left Us to Die, помогают понять, какие истории готовы поддерживать чернокожие зрители. Паркер описывает этот подход как «защиту самого нашего существования» в условиях консолидации индустрии. Он также говорит о возможности «использовать все доступные нам инструменты, чтобы расширять команды вокруг проектов, получивших одобрение».

В нынешнем Голливуде, где число проектов сокращается, сериал о чернокожей медсестре из отделения неотложной помощи, которая борется с зомби-вирусом, выпущенным на её район белыми людьми, вряд ли легко получил бы поддержку крупной студии, если бы заранее не доказал свою ценность многократно. Mansa рассчитывает проверять интерес аудитории с помощью сериалов, созданных ИИ. Паркер считает, что так студии смогут убедиться в наличии спроса на подобные истории ещё до того, как вложатся в производство с живыми актёрами.

По словам Паркера, в нынешней ситуации руководители студий ещё неохотнее одобряют проекты. Но микродрамы позволяют «проверить контент — не просто как короткометражный фильм, демонстрирующий концепцию, а ещё и монетизировать его». «Можно отслеживать вовлечённость и видеть, интересна ли эта история аудитории», — говорит он.

На фоне сокращения продолжительности внимания микродрамы стали популярным форматом развлечений и для студий, и для молодёжи. Это вертикальные сериалы-мелодрамы с эпизодами длиной около минуты, которые обходятся намного дешевле телешоу и отражают лихорадочный ритм современного потребления контента. Такие платформы, как ReelShort и DramaBox, набирают популярность, а среди жанров, подстёгивающих бум, — романтика, фантазии о жизни миллиардеров, месть и сверхъестественные истории. В значительной степени росту формата способствует женская аудитория.

Анализ использования мобильных приложений за четвёртый квартал 2025 года показал, что пользователи в среднем проводили на ReelShort на 10 минут в день больше (36 минут), чем на Prime Video (26 минут) и Netflix (20 минут). По прогнозу, в 2027 году объём рынка микродрам достигнет 14 миллиардов долларов.

В этом году в сектор микродрам вышла Hoorae Media — продюсерская компания Иссы Рэй — с двумя проектами. Среди них Screen Time, комедийный триллер о паре, который к октябрю набрал более 580 миллионов просмотров в TikTok и собственном приложении компании для микродрам PineDrama. Появляются и новые игроки: Juccee Shorts и Urban Operas, которая позднее в этом месяце запускается с шестью сериалами. Они стремятся предложить зрителям более разнообразные истории.

Среди поколения Z смотреть короткие видео теперь привычнее, чем фильмы. На них приходится 26 процентов еженедельного медиапотребления молодых людей в возрасте от 18 до 24 лет.

Стриминговые сервисы тоже активнее вкладываются в этот формат и уже меняют интерфейсы приложений, чтобы поспевать за привычками поколения Z к быстрому потреблению контента. С апреля по август Peacock, HBO Max, Prime Video, Paramount+, Netflix и Disney+ запустили в своих мобильных приложениях вертикальные ленты коротких видео.

Мария Руа-Агете, руководитель направления медиа и развлечений, считает, что ИИ изменит экономику индустрии. Однако удешевление производства контента не означает, что зрителей автоматически станет больше. «В конечном счёте успех определит аудитория», — говорит она и добавляет, что есть «значительные возможности» привлечь внимание недооценённых групп зрителей.

Негативная реакция на They Left Us to Die — прямое следствие этих быстрых перемен. «Как бы практично и логично ни выглядело то, что пытается сделать Нейт, он не чувствует настроения людей и не понимает, что им это безразлично. Они просто видят в технологии угрозу своим возможностям», — говорит Дж. Кристофер Хэмилтон, доцент кафедры коммуникаций Сиракузского университета и юрист в сфере развлечений.

Положение Голливуда тяжёлое. Ожидается, что приобретение Warner Bros. Discovery компанией Paramount Skydance за 110 миллиардов долларов приведёт к сокращению до 4 500 рабочих мест в кино- и телеиндустрии Лос-Анджелеса. Для чернокожих работников и творческих специалистов эта ситуация особенно болезненна: они и без того крайне мало представлены в отрасли.

Реакция на They Left Us to Die показала, насколько многие боятся потерять возможности, которые и раньше было трудно получить. Чернокожие, коренные народы и другие цветные зрители покупают билеты в кино чаще своей доли в населении и составляют большинство зрителей на премьерах в первые выходные в США. При этом в 2025 году чернокожие актёры сыграли главные роли лишь в 6,5 процента фильмов, а чернокожие режиссёры сняли 3,3 процента картин.

Паркер, чья компания занимается дистрибуцией контента, посвящённого диаспоре, хочет доказать, что путь от идеи до сценария и выхода на рынок может занимать недели, а не годы, как в голливудской системе. На данный момент Mansa выпустила девять микродрам с живыми актёрами и ещё две, полностью созданные с помощью ИИ. Компания отказалась раскрыть данные о результатах своих ИИ-сериалов.

Попытка Mansa связана и с доверием зрителей: некоторые сомневаются, заслуживает ли Паркер их доверия. В 1999 году Паркера обвинили в сексуальном насилии, а позднее оправдали; тогда он учился в колледже. Дело вновь привлекло внимание после выхода в 2016 году его фильма The Birth of a Nation о восстании рабов под предводительством Ната Тёрнера. В картине вымышленная сцена изнасилования показана как причина восстания. «Нейт Паркер давно стал изгоем», — написал один пользователь в Threads под объявлением о сериале Mansa, созданном с помощью ИИ. К критике присоединялись новые пользователи.

По мнению Хэмилтона, независимо от того, добьётся ли Mansa успеха, ИИ-микродрамы — «слишком привлекательная бизнес-модель, чтобы индустрия могла её игнорировать».

«Актёры и рассказчики из реальной жизни не исчезнут полностью, но, думаю, правила игры изменятся, и некоторые отказываются это признавать, — говорит Хэмилтон. — Когда это произойдёт, всё словно погрузится во тьму. Никто не будет понимать, что происходит».